?

Log in

No account? Create an account
 
 
29 November 2016 @ 07:19 pm
Cogito ergo sum  

- Доктор, доктор, помогите!
- Я ветеринар...

Пара слов о великом цивилизационном обломе. Облом этот, собственно, есть длительное вялотекущее недомыслие, но именно Декарт, если верить историческим данным, “отлил” его “в гранит”. (Свято место пусто не бывает, мысль носилась в воздухе, видимо по причине своей простецкой очевидности, и до Декарта были другие. Но мало сказать - надо еще пропиарить). Самое печальное в истории с Декартом то, что сделал он это, преследуя вполне приличную цель: как-то обосновать “объективность” человеческих изысканий. Пояснения Декарта, данные им к этому принципу, весьма примечательны - они такие же бессодержательные, как и сам принцип. Можно было бы сказать, что это было давно, и сейчас не актуально. Но проблема в том, что и до Декарта, и после него, принцип cogito ergo sum рулит невозбранно, в смысле, не подлежит критическому пересмотру. Я обращаюсь к разбору этого грандиозного ляпа, так как он хорошо иллюстрирует все то, о чем я постоянно говорю.

Речь идет о предельной аксиоматике. Декарт верно почувствовал, что такой аксиоматикой является аксиоматика существования. Как доказать существование? Да просто! Так родилось бессмысленное крылатое выражение. Бессмысленное, потому что оно не имеет никакого смысла. Оно не просто грубо и очевидно тавтологично - оно именно не может иметь никакого смысла.

Это великолепный образчик того, как осторожно следует обращаться с аксиомами. Мы признаем объяснением принцип, когда описание берется из области, исходно не принадлежащей описываемому. Т.е., чтобы что-то объяснить, хорошо бы что-то знать. Отличный пример псевдо-описания приводит С. Лем, когда пишет о сепульках: все пояснения находятся в пределах одного множества понятий, превращая таким образом все в тавтологию.  Аксиоматика - это заведомо одноуровневая констатация, не предполагающая каких-то объяснений. Аксиоматика - не криминал, и если кому-то кажется, что ее использование дает практический выход, то и ладно. Послать зонд на Марс, к примеру. Но мировоззрение - это особая сфера. Это как скорость света для физических объектов в физике: меньше с - пожалуйста, а вот с для физических объектов - сорри, тут облом. Мировоззрение не должно предполагать наличие какой-то аксиоматики. Аксиоматика накладывает ограничение на мировоззрение, сводя его к себе, к аксиоматике. Этого не поняли явные и тайные адепты идеи Cogito ergo sum. Я бы не стал писать об этом, если бы это были отвлеченные темы. Но тема “есть ли я, или меня нет?” не кажется отвлеченной. Я понимаю, выглядит так, что ответ на этот вопрос ничего не меняет: я как сидел с пивком перед теликом после работы, так и буду сидеть. Но не все так прямолинейно.

Итак, первая мысль. Если вы постулировали Cogito ergo sum, то вы постулировали Существование.  Заметьте - постулировали, но никак не доказали. И смысл в таком постулате есть только в одном случае. А именно, упс, если Cogito ergo sum - верно. Иначе - классическая бессмыслица. Т.е., мы как бы говорим: давайте считать, что мы существуем, потому что… Что меня здесь поражает , так это то, что окончание этой фразы всем по барабану. А вот “мы - существуем” - это приятно. Ну, на самом деле, не совсем по барабану, в известном смысле. Именно развитие темы “мыслю” вылилось в понятия “квалиа” и “субъективность”. Дом на песке требует подпорок. Хотя они тоже без фундамента и стОят столько же.

В итоге, если углубляться в детали, то все выглядит крайне запутанным и бездоказательным. Представьте себе, что перед вами задача - найти проход в сложном лабиринте. Вы рискуете потратить на это все жизнь, полагая, что движетесь к выходу. Но можно здорово сэкономить время, если получится выяснить, что лабиринт отнюдь не предполагает наличие прохода. Он таким был создан. Примерно так обстоят дела в современной философии. Все ищут выход из лабиринта, в котором выхода нет по определению. Но это видно только сверху. Декарту удалось качественно подрезать крылья, необходимые для взлета над лабиринтом. Это проясняет мой эпиграф. Мы привыкли слушать людей, которые не имеют отношения к предмету разговора. Артисты рассуждают о политике, спортсмены - об экономике. Физики - о философии. Философы - о физике. Неврологи - о сознании. Декарт - об основах философии. Видите ли, почему-то природой устроено так, что эвристические энциклопедисты редки. И уж если они заблуждаются, то держись. Вы ведь не ляжете под нож отличного ветеринара, если вам надо делать операцию на сердце?

Вторая мысль. Люди любят относить себя к скептикам. Вон и Декарт этим отметился. Но скептицизм скептицизму - рознь. Обычно же получается, как в известном анекдоте про пофигиста: это пофигу, и это пофигу, а вот это - ни фига не пофигу. В мировоззрении этот принцип ограничения не прокатывает. Иногда на то, чтобы только понять, как работает личный механизм аксиоматических ограничений, может уйти вся жизнь. Но чаще, этого не случается: простота конструкции не позволяет пройти этот путь.

Любопытно, что путь, по которому движется цивилизация, напоминает неосознанную попытку сложной системы избежать катастрофы неограниченного скептицизма. Сначала в обществе укоренился принцип “не переходить на личности”. Это был пробный шар. Потом появилась “политкорректность”. Таким образом люди в массе отстраняются от саморефлексии. Но все это не имеет особого значения. Всегда будет небольшой процент независимо мыслящих людей, которым эти принципы - не указ. Ну, а грядущие когнитивные усилители и вовсе обрушат неустойчивое равновесие.