?

Log in

No account? Create an account
 
 
12 October 2015 @ 02:56 pm
Непарадоксальное мировоззрение. Детерминизм  

Детерминизм

Ранее я отмечал деструктивное значение идеи детерминизма на пути создания непарадоксального мировоззрения. Более подробный разбор этой идеи дает возможность лучше понять непарадоксальный подход и вытекающие из него следствия.

Если в качестве модели мира представить себе клеточный автомат, то не составит большого интеллектуального труда то, что мы называем детерминизмом, поместить в сам алгоритм, в его правила, и реализацию детерминизма можно будет видеть только в соседних решениях клеточного автомата, т.е. между шагами n и n+1 (“истинный” детерминизм). А что происходит между шагами n и n+2 и далее? Начиная с разрыва между n и n+2 и далее имеет место эмерджентный детерминизм. “Настоящий” ли это детерминизм? Понимание этого момента сильно влияет на понимание непарадоксальной модели мира.

В самом деле, если реальность на основе решений виртуального базового алгоритма является тоже виртуальной, то откуда берутся характеристики систем в действительности? На этот вопрос можно ответить в терминах решений базового алгоритма.

Присмотримся еще раз к (достаточно сложному) клеточному автомату. Анализируя его решения, можно обнаружить, что некоторые цепочки локальных решений склонны повторяться, демонстрируя устойчивость воспроизведения. Этого следовало ожидать от сложного алгоритма, набор правил которого при всей его сложности все-таки ограничен. Значит, наряду с “хаотическими” цепочками решений с максимальной сложностью по Колмогорову, будут воспроизводиться цепочки со сниженной сложностью, потому что в их описании вместо полной последовательности правил можно использовать устойчивые взаимозависимости реализации этих правил.

Это первый шаг в рождении эмерджентности, выраженный в терминах базового алгоритма (я использую модель клеточного автомата для демонстрации поведения базового алгоритма). Посмотрите внимательно на осциллятор или планер или другую устойчивую конструкцию на поле клеточного автомата. Всех их объединяет тот факт, что у них есть устойчиво воспроизводимые состояния, в отличие от “хаотичных” цепочек решений с максимальной сложностью по Колмогорову.

(Почему слово “хаотичные” закавычено? Ведь в решении алгоритма не может быть ничего хаотичного. Я это делаю для начального различения, для фиксации разрыва в описании между состояниями систем. Происходит обращение сложности, от принципа Колмогорова к обратному, когда система тем сложнее, чем больше устойчивых состояний она воспроизводит. У меня сложность по Колмогорову - базовая, второй вид сложности - эмерджентный.)

Как можно заметить, именно эмерджентный детерминизм отвечает за создание вторично сложных систем, а значит, и всей действительности. Устойчивость воспроизводимости связей может сохраняться на протяжении колоссального количества циклов решения базового алгоритма. Точно так же, в некоторых клеточных автоматах можно наблюдать очень сложные динамически устойчивые конструкции после весьма большого количества тактов, хотя они редки и не повсеместны.

Именно воспроизводимая устойчивость состояний сложной системы и отвечает за параметры конкретной действительности, воспроизводимой на поле данной реальности.

Таким образом, все последовательные элементы, конструирующие действительность начиная от локальных наборов решения базового алгоритма, становятся прозрачными и имеют описание в терминах базового алгоритма.

Все характеристики всех систем, независимо от правил выделения последних, основываются только на уровне их эмерджентного детерминизма. Это утверждение объединяет, ни много ни мало, устойчивость взаимозависимости некоторых шагов алгоритма с эмерджентностью любой сложности, выступая в виде методологического инструмента для полной редукции сложности.

Ранние попытки редукции сложности неизменно заканчивались крахом, связанным с разрушением сложности наблюдателя, что как бы делало все процедуру бессмысленной. Это может иметь место только в парадоксальных концепциях мировоззрения, где сложность наблюдателя защищена начальным граничным условием аксиоматики, вносящим неустранимый парадокс. В данном же подходе, мы движемся от простого к сложному, а не обратно, поэтому в итоге мы восстанавливаем, реконструируем “сложность” наблюдателя, вместо того, чтобы ее разрушать. Мы получаем объяснение сложности действительности одновременно с объяснением сложности наблюдателя. И никаких парадоксов.

Эволюция обратной сложности

В прочитанном можно усомниться, если подумать об астрономическом разрыве в количестве тактов базового алгоритма, лежащем между шагом n и n+2 и запуском учеными зонда к Плутону, для примера. Именно для этого я предлагаю внимательно всмотреться в работу клеточных автоматов. В работу вступает то, что принято называть эволюцией на фоне неумолимо точной математической статистики. Системы, сложные по анти-колмогоровскому принципу, не растут как грибы после дождя тут и там. Это результат уникальных совпадений, редких условий и процессов. Далее вступает в действие (ан)тропный принцип, и наблюдатель может позволить себе сказать: “ничего себе совпадение!” Это и есть методологическая ошибка в создании всеобъемлющей непарадоксальной модели мира. Наблюдатель - креатура отбора устойчивых цепочек в решениях базового алгоритма, а не самостоятельный актор.

Подмечено, что реальность в некотором роде описывается фрактальной моделью сложности систем. Видимо, меньшие группы устойчиво воспроизводимых решений базового алгоритма способны выступать в виде организующего начала для формирования больших устойчивых групп. Разумеется, в специфических условиях. Это, кстати, отвечает на вопрос-загадку о кажущейся невозможности появления у живых организмов таких признаков, которые с точки зрения простого математического перебора изменений на уровне генов практически невозможны за все время существования Вселенной. В векторе глобальной эволюции сложности невозможно находиться случайно - системы попадают туда и остаются там, эволюционируя до тех пор, пока условия не перестают поддерживать их устойчивость, или до тех пор, пока система не достигнет предела сложности - не индивидуального, а принципиального.

Анизотропность эволюции эмерджентного детерминизма

Эволюция в целом характеризуется анизотропностью. Можно ли как-то характеризовать анизотропность на уровне (обратной) сложности систем в терминах уточненной семантики эмерджентного детерминизма?

Для начала отмечу очевидное: устойчиво воспроизводимые состояния характеризуют систему как наблюдателя, зависят от ее текущей конструкции и определяют вид ее действительности. Система не способна создать модель окружающего мира более сложную, чем ей это позволяет доступный набор ее воспроизводимых состояний.

Выше я заметил, что наборы воспроизводимых состояний способны организовываться в группы, способствуя появлению на свет еще более обширных групп. Это тот способ, каким эмерджентность становится “загадочной”: происходит семантический отрыв состояний системы от шага n и n+2, и система в итоге строит примитивную модель себя - актора.

Казалось бы, в таком случае пределам развития сложности системы ничто не угрожает. Но у эволюции - свои законы. Одновременно с этим семантическим “отдалением” действует другой закон, противоположного свойства: носитель устойчиво воспроизводимых состояний должен оставаться устойчивым сам (т.е., не должен осуществляться сценарий, когда рожденный ползать, уверовав в свои способности летать, выпрыгивает из окна -надцатого этажа). Это означает, что вторичные, третичные и более высокие модели мира проходят проверку на “истинность”. Т.е., происходит отбор сложности, коррелирующей (адекватным текущим требованиям образом) с самим базовым алгоритмом, а “фантазийная” сложность ведет к повышению вероятности уничтожения систем.

Такое заключение дает возможность понять смысл анизотропности эмерджентного детерминизма и связанной с ним сложности.

Этот смысл прост: модель, основанная на множестве устойчиво воспроизводимых состояний, приближается по функциональности к самому алгоритму. Последовательно понижается семантический разрыв, вызванный семантическим “отдалением”. К этому приводит “практика” системы, или, в терминах непарадоксального мировоззрения, устойчивость воспроизведения состояний, что в феноменологии мы называем сохранением гомеостаза систем. Таким образом, можно указать на принципиальный предел в этом анизотропном процессе: модель не может быть точнее самого алгоритма.

Как феноменально можно характеризовать анизотропию сложности? Система последовательно понижает эмерджентную составляющую в модели мира . Это объективизация действительности. Действительность субъекта при этом как бы “съеживается” и стремится к “схлопыванию”. Что, возможно, соответствует точке психогенной сингулярности. Если эмерджентностный детерминизм рассматривать как основу “реалистичности” действительности, то происходит виртуализация действительности, когда субъект не просто “отражает” полноценную действительность на базе своей эмерджентной модели, а принудительно воссоздает ее на основе эмерджентных интерполяций (в случае наличия такой необходимости). Напрашивается вопрос: ну и что из того?

Финал

Для субъекта последствия этого процесса самые драматические. Это последний, предсингулярный акт драмы эволюции сложности. Происходит последовательное расщепление целостности системы: с одной стороны, наиболее сложная ее часть (в данном контексте - психика), с другой - консервативная основа этой части, мозг и организм в целом. Не следует ни на миг забывать, что описанный процесс виртуализации модели мира касается только психики, самой сложной части системы. Консервативная же часть требует только сохранения статуса кво. Можно попытаться возразить, что в запасе при таком сценарии остается модификация конструкционной основы психики. Безотносительно физических аспектов такой модификации, смысл, следующий из моего изложения, сводится к тому, что психика с полной моделью мира вообще не способна затребовать для себя никакую основу. Конструкционная основа для сложной системы - это восстановленная принудительно часть действительности. Выше я оговорился, что психика с адекватной моделью мира способна восстанавливать действительность, если ей это понадобиться. Это существенный нюанс - понадобится ли? Ответить на вопрос “зачем?” в терминах непарадоксальной аксиоматики и базового алгоритма я не могу.

 
 
 
Секрет: Все люди - это один человекsergienkodi on October 12th, 2015 07:30 pm (UTC)
а чуть понятнее о выводах можно?
Алекс В.: pic#124574417vixnin on October 14th, 2015 06:36 pm (UTC)
Да,можете составить что то типа краткого содержания для школьников?Меня необыкновенно притягивает эта тема,сам копаю в этом направлении,но с другой,интуитивно-эзотерически-философской стороны.
Правильно ли я понял,что сложность человеческой психики становится запредельной,что ведет к катастрофе?Какие выводы вы из этого делаете(все посты читал)?В любом случае,если Вы ответите,у меня есть несколько вопросов для Вас.
koshevnik on December 9th, 2015 12:54 pm (UTC)
Очень интересно, детерминизм рассматривается с точки зрения закономерностей в соотношении с системными свойствами.
koshevnik on December 9th, 2015 01:01 pm (UTC)
Зачем психике восстанавливать действительность? Возможно, нельзя рассматривать психику как самостоятельную систему, без действительности, а также активности субъекта. Об этом писал С.Л. Рубинштейн.
hitthelimithitthelimit on December 9th, 2015 01:35 pm (UTC)
Но у меня совершенно не об этом.